Артикли a, an и the

Русский язык обходится без артикля, но не обходится без мысли, которую артикль несёт: известно ли слушателю, о каком предмете речь. «В комнату вошёл человек» — человек новый, а «Человек вошёл в комнату» — о нём уже говорили. Разницу создают порядок слов и интонация, и носитель русского делает это всю жизнь, не замечая. В английском порядок слов жёсткий, подлежащее стоит впереди, и ученику кажется, что слова a и the ничего к фразе не добавляют. Он их пропускает или ставит наугад, и выходит «I bought book yesterday» там, где в его голове ясное «купил какую-то книгу».

Для выпускника 2027 года тема знакома с младших классов, а всё равно остаётся открытой: в письменной части ЕГЭ грамматические ошибки считаются вместе, отдельного критерия «артикль» нет, и ученик не видит, сколько баллов ему стоила пропущенная the (общая картина письменной части описана в статье про структуру ЕГЭ по английскому: письмо и устную часть).

Чем в русском заменён артикль

Работу артикля у нас делают четыре средства, и ни одно так не называется. Порядок слов: новое сообщается в конце, известное стоит в начале. Указательные слова: «купил одну книгу» уже почти a book, «ту самую книгу» почти the book. Слова «какой-то» и «некий», когда говорящий не может или не хочет уточнить. И контекст, которого русский допускает гораздо больше английского: «дай книгу» понятно без всякого определения, раз обе стороны видят книгу на столе.

Отсюда вывод, который учебники делают редко. У русскоязычного ученика нет пробела в понимании: различать знакомое и незнакомое он умеет, ему не хватает привычки задавать этот вопрос перед каждым существительным. Немцы и французы ошибаются в частностях, потому что артикль в их языках есть и вопрос «a или the» они решают с детства, просто иначе. Мы чаще не задаём вопрос вовсе, поэтому и ошибки у нас системные: пропуск там, где артикль обязателен, и the, поставленное на всякий случай.

Два вопроса перед существительным

Первый вопрос: могу ли я сосчитать этот предмет и стоит ли слово в единственном числе? Если да, слово не бывает голым. Перед dog, hospital, idea обязательно что-то стоит: a, the, my, this, some. Фраза «She works in hospital» поэтому неверна, а вот «Dogs are loyal» верна, потому что слово во множественном числе, и о собаках вообще, и артикль там не нужен.

Второй вопрос задают, когда выяснилось, что артикль нужен: знает ли слушатель, о каком именно предмете я говорю? «Знает» не значит «знал когда-нибудь»: он должен однозначно понять это из разговора или из обстановки. Если не знает, ставим a (an перед гласным звуком), если знает, the. Ничего сложнее в основе нет.

Разберём предложение, как его написал бы ученик: «She works in hospital and has cat. Cat is called Tom». С hospital первый вопрос даёт «нужен артикль», второй «слушатель не знает, в какой именно, это просто одна из больниц», получается in a hospital. С cat то же самое: has a cat. Во втором предложении кошка названа, слушатель её уже знает, и там The cat is called Tom. Это та самая «вторая встреча» из школьных правил, и она работает, но только как частный случай второго вопроса. Когда ученик заучил её как единственное правило, он ставит the после любого слова, которое уже было, и a при любой первой встрече: «I looked at a sky» звучит странно, хотя небо упомянуто впервые, оно единственное и всем известное.

Где правило подводит

Сложности начинаются там, где язык называет назначение предмета, и тогда артикль пропадает. Или, наоборот, появляется там, где по логике его быть не должно. Выучить это списком можно, но списка хватит ненадолго: сочетаний много, и новые встретятся раньше, чем выучатся старые. Полезнее знать, в какие места смотреть.

• At school и at the school. Первое означает «учится», второе здание: my mother is at the school значит, что мама зашла в здание школы по делу. То же с bed, work, church и university: go to university говорит о том, что человек студент.
• A university, an hour. Выбор между a и an идёт по звуку, а не по букве: university начинается с согласного звука [ju], hour с гласного, поэтому a university и an hour. Ещё an honest man, a European, an MBA.
• The Volga, but Lake Baikal. Реки, моря, горные цепи и страны во множественном числе берут the: the Volga, the Urals, the United States. Озёра, отдельные горы и большинство стран идут без артикля: Lake Baikal, Russia, Mount Elbrus.
• Dogs are loyal и the dogs next door are loud. Первое о собаках вообще, второе о конкретных, и вот тут ученик чаще всего ломается: общее высказывание про класс предметов он по привычке оформляет определённым артиклем.

Британский и американский вариант иногда расходятся: в британском in hospital говорят о пациенте, in the hospital о том, кто пришёл туда навестить или работает, а американцы чаще ставят the в обоих случаях. Для школьных упражнений это мелочь, но если ученик видел оба варианта в разных текстах и растерялся, он ничего не перепутал, ему просто попались два норматива.

Фразы, которые переводятся дословно и ломаются

Самая частая ошибка русскоязычных начинающих касается профессий: «Я врач» превращается в «I am doctor». По-русски профессия — это просто слово, по-английски человек называется одним из представителей группы, и поэтому I am a doctor, she is an engineer. Тот, кто это усвоил, спокойно говорит о себе, но через неделю на письме снова теряет артикль в описании чужой профессии: «My father is teacher».

Вторая ловушка связана с восклицаниями. «Какой хороший день!» легко перевести как What nice day, и вот здесь пропущено a: What a nice day. Тот же механизм у such a (such a mistake), quite a, half an hour. Эти сочетания короткие, но в них всё время хочется артикль поставить после прилагательного, как в русском порядке, а он идёт перед ним.

Третья — места, куда ходят за назначением. Мы говорим «пошёл в кино», и дословное «went to cinema» неверно: went to the cinema, to the theatre, to the shop. А вот go to school и go to work идут без артикля, и разница между этими двумя группами в русской голове никак не отражена. Пока ученик не привык к паре, он ошибается в обе стороны, и это нормально.

Отдельный случай — слова вроде «информация» или «новости»: по-русски они живут в единственном или множественном числе без вопросов, а по-английски не принимают a вообще, потому что их нельзя посчитать: «a news» и «an information» — классические ошибки. Это уже другая тема, и разобрана она в статье про исчисляемые и неисчисляемые существительные.

Когда тема проходится и почему не закрепляется

Артикли стоят в самом начале курса: a и an в первые недели, the почти сразу следом. Их проходят быстро, потому что формально это три слова, и дальше программа переходит к временам и считает тему закрытой. Проверяется она почти всегда упражнением «вставьте нужный артикль», а в нём ответ можно найти по правилу. В живой речи правила применять некогда, и там побеждает русская привычка: нулевой артикль.

Спорное, но мой опыт такой: к десятому-одиннадцатому классу артикль остаётся у большинства самой нестабильной частью грамматики, нестабильнее времён и модальных глаголов. Времена объясняются и упражняются, а артикль оседает только на количестве прочитанного и услышанного, и школьный курс столько просто не успевает дать. Какой уровень что от ученика требует, описано в статье про уровни английского от A1 до C2; а к B2 пропуск артикля, по-моему, уже читается как неаккуратность, и этапом роста его никто не считает.

Ещё одно: на артикль мало что опирается снаружи. Фраза «I have dog» понятна любому собеседнику, поэтому обратной связи нет: ученика поняли, значит, всё хорошо. Исправить её может только человек, который слушает именно за этим, и поэтому тема — одна из тех, где живой репетитор объективно полезнее учебника. Поэтому у многих тема и застревает: человека, который скажет «стоп», рядом просто нет.

Что делать, когда артикли не встают на место

Сначала стоит перестать переводить артикль на русский. Для the нет слова, которое годится всегда, и «этот самый» работает через раз. Лучше завести привычку другого рода: после каждого написанного предложения проходить по существительным и задавать два вопроса из середины статьи. Занимает это пару минут на абзац, а потом вопросы начинают задаваться сами, на ходу.

Вторая привычка — читать адаптированные тексты своего уровня с карандашом в руке: отмечать каждый артикль и проверять, объясняется ли он вторым вопросом. Большая часть будет объясняться, а то, что не объясняется, и есть тот самый список сочетаний, который учить имеет смысл, потому что вы встретили его сами. Устойчивые сочетания с предлогами (at school, in the morning, by bus) идут парами и разобраны в статье про предлоги места и времени.

Отдельный разговор — обратная связь. Если занятия с репетитором идут в видеокомнате, его можно попросить останавливать вас на артикле сразу, в устной речи: привычка так меняется быстрее, а письменные работы пусть разбираются потом, списком ошибок. С модальными глаголами история похожая: русские средства для их работы устроены иначе, и ошибка изнутри не видна. А где вообще в школьной программе проседает курс, разобрано в обзоре английский в школе: что западает чаще всего.

Начать поиск:

• репетиторы по английскому языку
• репетиторы по английскому для подготовки к ЕГЭ
• репетиторы по английскому с пробным уроком
• репетиторы по английскому для 5–8 класса

Вопросы и ответы

Можно ли без артиклей обойтись в разговоре? Вас поймут. На письме и в оценке уровня пропуски будут видны.

Почему перед Volga ставят the, а перед Baikal нет? Логики тут искать бессмысленно, это устоявшиеся группы: реки, моря, океаны, горные цепи и страны во множественном числе или с составным названием идут с the, а озёра, отдельные горы, города и большинство стран без него. Выучить сами группы проще, чем отдельные названия, и ошибка в названии, которое встретится один раз, стоит дёшево.

Я знаю все правила, а в упражнении всё равно ошибаюсь. Почему? Правила знает та часть головы, которая работает медленно. Артикль же нужно ставить за долю секунды, на ходу, пока формулируешь следующую мысль. Тут поможет только количество повторений вслух с поправкой: несколько предложений в день, и чтобы кто-то слушал.

Нужно ли отдельное занятие только про артикли? Скорее всего, нет. Нескольких минут в конце обычного занятия хватает, если за это время ученик говорит, а репетитор останавливает его на каждом пропущенном слове.